Промоутер Гассиева: Лебедев проиграл Мурату. Денис не чемпион

– Вы являетесь сопромоутером Мурата Гассиева вместе с Леоном Маргулисом и Элом Хэймоном. Как вы «делите» боксера?
– Отношения с Хэймоном у нас закончились. Он был советником, но поскольку он ничего не советовал, мы с ним расстались. С Маргулисом мы сопромоутеры. Он помогает нам работать в США. Плюс, Леон – один из лучших спортивных юристов в мире.

– А почему все ваши боксеры тренируются у одного тренера – Абеля Санчеса?
– Мы пробовали разные варианты. Сначала взяли в аренду зал в Чикаго. Не понравилось. Попробовали у Фредди Роуча. Он – хороший человек и тренер, но он серьезно болен, и не смог сам работать с нашими ребятами. Работали его помощники. Нас это не устроило, потому что некоторые из них еще недавно проводили бои с нашими боксерами. Попробовали многие места. «Биг Беар» нам понравился, как и Санчес. Мы нашли общий язык. У нас оказались одинаковые взгляды на бокс. И боксеры довольны его работой. Санчес полностью отдается работе. Он способен тренировать сутки напролет.

– Получается ли зарабатывать на своих боксерах в США или и российский бокс остается благотворительностью?
– Мы приближаемся к моменту, когда прибыль появится. Но пока затраты превышают доходы.

– Как получилось, что на поединок Гассиева с Денисом Лебедевым был выставлен только один титул чемпиона мира (на кону был пояс по версии IBF, титул WBA Super не был выставлен, – прим. ред.)?
– На протяжении всего времени переговоры шли о поединке за два титула. Буквально за два-три дня команда Лебедева объявила, что на кону будет один титул. Если бы мы не согласились, не было бы и боя.

– Вы пытались выяснить у руководства WBA, почему они разрешили не выставлять свой титул?
– «Мир бокса» вышел к ним с просьбой. Представители компании подкрепили просьбу какими-то соображениями и расчетами. WBA дала согласие, хотя это не практикуется. Все были удивлены. Но что сделаешь?!

– Считаете, что «Мир бокса» был настолько неуверен в своем боксере?
– Конечно. Они решили оставить один пояс за пазухой, чтобы не терять чемпиона. Спорить в этой ситуации было не с кем и не о чем. Мы уже приехали и готовились. Бах! Один пояс. Черт с ним, пусть один.

– В связи с этим, считаете ли вы Лебедева полноценным чемпионом мира?
– Конечно, нет. Он же проиграл. Но Лебедев – хороший боксер. Как человек он мне нравится. Думаю, что он не принимал участия в этой истории. Решение принималось без него.

– Какое-то время шли разговоры о возможном реванше Гассиева и Лебедева. Но были ли переговоры на самом деле?
– В контракте не было условия об обязательном реванше. На словах кто-то из команды Лебедева сказал: «Мы готовы». Все. Ни переговоров, ни предложений.

– Гассиев стал вашим первым чемпионом мира. Какие были эмоции от победы? Была ли он убедительнее, чем насчитали судьи?
– Мы были уверены в победе Мурата. Он более уверенно вел бой. Многие с нами согласны. А польский судья Павел Кардини (поставил счет 114-113 в пользу Лебедева, – прим. ред.) – знакомый нам человек. Он нас не очень любит и с ним легко договориться. Видимо, кто-то решил с ним вопрос. Свой счет он поставил с закрытыми глазами и сразу исчез.

– Как-нибудь жизнь изменилась после этого поединка у вас или Мурата?
– Кроме морального удовлетворения, ничего не изменилось. Работы прибавилось. Благо, Мурат - спокойный и уравновешенный человек. С ним легко работать. Даже если он умирает от усталости, а ему говоришь: «Надо пробежать еще километр», он пробежит.

– Следующий бой Мурат проведет с Кшиштофом Влодарчиком. Чем он опасен для Мурата?
– Поляк – разумный и хитрый боксер. В поединке с Рахимом Чахкиевым он разыграл целую комедию. Встал на колено, ему отсчитали нокдаун. Чахкиев расслабился, бросился добивать, а Влодарчик был готов. На такое способны единицы. Работаем над этим. Я за две недели присоединюсь к Мурату в его лагере. Буду помогать.

– Почему так долго шли переговоры? Дата поединка стала известна относительно недавно и пройдет он на месяц позже других четвертьфиналов. В чем была загвоздка?
– Этим занимались не мы, а американская сторона. Думаю, что основная проблема была в том, чтобы выбрать место проведения поединка. В результате нашли город в США Ньюарк, в котором почти половина населения – поляки. Весь зал будет против нас.

Но нам эта заминка помогла. Она дала лишнее время на подготовку. Три месяца подготовки к бою – оптимальный вариант.

– Сам Мурат сказал, что хотел бы провести бой в России. Есть ли планы?
– Мы сами хотели устроить бой до начала разговоров о Суперсерии. Нам не хватило времени на организацию поединка в России.

– Мне Максим Власов сказал, что с ним никто драться не хочет. Предлагали ли ему бой?
– Да. Он сразу согласился. Но как раз поступило предложение о Суперсерии. И у нас возникли другие приоритеты.

– Собраны ли в Суперсерии все сильнейшие боксеры?
– Да. За исключением Лебедева. Непонятно, почему он не захотел там участвовать.

– У него тяжело заболела и умерла мама.
– Знаю, я ему очень сочувствую. Это даже не обсуждается. Но переговоры ведет не боксер, а его команда. Она даже не поднимала вопрос о Суперсерии, сразу ответила отказом.