Бонусы букмекеров
Чемпионат Испании
😉 😊 😋 😌 😍 😎 😏 😐 😒 😓 😔 😖 😘 😚
Елена САВОНИЧЕВА
из Ленинска-Кузнецкого
…Детей у Филатовых
было трое.
Средний, Гришка,
по молодости попал в тюрьму… за кражу
из дворов голубей. Жизнь прожил с матерью.
Детей по себе не оставил.
Младшая, Мария,
единственная в роду родилась «в рубашке».
Сказали: «Будет счастливая!»
У старшего, Виктора,
остались в Ленинске две дочери. Наташа
двадцати семи лет. Продавец в обувном
салоне. И Ольга, тридцати двух.
Продавец-кондитер.
-У нас осталась только
Маша, - признаются девочки. – Мы уже всех
схоронили…
Двадцать лет назад у
них умер отец, а через семь лет – в
новогоднюю ночь сгорел дом… в нем
погибла мама. Приехала мамина сестра и
забрала Наташу в Архангельск. Оля никуда
из Ленинска не поехала. Когда сестра
вернулась, старшая сказала ей: «Нас с
тобой двое. Никто нам не поможет, если
не будем стоять спиной к спине. Друзей
может быть много – родственники даются
раз в жизни. У нас их очень мало. И надо
держаться друг друга».
Им, сиротам и погорельцам,
дали временное жилье – старый ледяной
барак, невыносимо холодный. С ребенком
там жить невозможно. Очередь на квартиру
стоит уже десять лет… Поэтому Наташа
с семьей снимает жилье, а Оля с мужем и
сыном живут в Машином доме. А в комнате
Марии сейчас живет «Лёля».
ТЕТЯ ЛЁЛЯ
«Лелей» зовут Машину
двоюродную сестру – Надежду. В 68-м
она ездила в Москву – учиться на ткачиху.
Столичные однокурсники замучили ее
вопросами про сибирских медведей. И
Лёля им говорила: «Да, идем по улице и
за руку здороваемся с медведями».
Тете Наде недавно
отняли ногу. Перелом шейки бедра, саркома…
Девочки ее очень любят и зовут Лёлей
потому, что Надя должна была крестить
Наташу, но в этот момент сама родила и
в церковь не поехала. Крестила бабушкина
сестра – Тася. Но «крестной» так с
детства и зовут Надю: «По-нашему, крестная
– это «лёлька».
РОССИЙСКИЙ ПАСПОРТ
Когда Мария Филатова
в последний раз приезжала в Ленинск,
Оле было 14, Наташе – 10. С тех пор миновало
16 лет…
У Наташи недавно была
свадьба, у Оли – уже вторая. У обеих
племянниц – дети. Они ни разу не видели
бабушку. 5-летняя Наташина Вика хочет
быть гимнасткой, кувыркается по дому:
«Я буду заниматься, бабушка приедет –
будет меня тренировать!». Олиному сыну
Кириллу в июне – 14 лет: «Паспорт
получать».
- Пресловутый российский паспорт, в
котором 6 лет отказывают вашей тете?..
(На этих словах пол под
ногами задрожал. Диван затрясся).
- Это поезд, - успокоили
меня. – Рядом – железная дорога. Когда
мы были маленькие, каждый раз, когда
проезжал поезд, дом ходил ходуном – и
было не уснуть. Телевизор постоянно
рябит. Сейчас привыкли…
- И шахта – рядом?
- У нас их навалом.
«Кировка», «Комсомолка», «Ярославка»,
«7 Ноября», «Красноярская»… Уголь под
нами – а что толку-то?..
УГОЛЬ И ЗЕМЛЯ
Родные люди Филатовой. Слева- племянница Наташа с мужем Володей
В кухне – старая серая
печка. Топится углем.
- Живем на угле – и
покупаем его в три дорога. Тонна угля
стоит 730 рублей. На ползимы надо шесть
с половиной тонн – это семь тысяч. А это
средняя зарплата по городу. Две месячных
зарплаты надо потратить на уголь, чтоб
топиться год.
- Месяц летом в картошке
посидите – купите угля, - смеются зятья
– Наташин Владимир и Ольгин Дмитрий.
- Мы – сибиряки, - говорит
Наташа. – У нас – лес и угольная
промышленность. Здесь все – трудяги.
Все охотники, рыбаки. Исконно русские
люди. У нас дед был шахтером, потом папа
в шахте работал. Страшно. Ушел он в шахту
– и ждешь каждый день: дай бог, чтобы он
вернулся назад. А получают-то, по сути,
копейки – 15 тысяч рублей. Редко, кто –
тридцать или пятьдесят. А в Сибири каждая
вторая семья – шахтеры.
- Мы здесь на земле, -
говорит Оля. – Нам с детства прививают:
просто так ничего не дается, надо
работать. Я с шести лет стала полоть
огород, сажать картошку. Баба Вера, мама
Маши и моего папы, была очень мудрой.
Мне охота на улице побегать – так она
говорила: «Оль, ну, я ж тебя не прошу
много – ты мне со стул выполи…». То есть
квадратный кусок, размером с табурет.
А там только нагнулся – это уже
захватывает: ну, думаю, до конца грядки
дойду…
БАБА ВЕРА
Род Филатовых – с его
трагическими людскими судьбами – это
история земли русской.
- Наша баба Вера, -
вспоминают девочки, - золотой человек
была, царствие ей небесное. У нее жизнь
была очень тяжелая. От нее, наверное, в
нас заложено – никому не жаловаться,
не ныть, потихоньку справляться самим.
Вера Андреевна
Филатова, мама Маши, родилась 5 июля
1924 года на Алтае. Когда страну
«раскулачивали», мать Веры (бабушка
Марии Филатовой. – Прим. ред.) пошла
за колосьями на колхозное поле – ее
поймали и посадили. Детей осталось
пятеро без матери. В тайге земля богатая
– где коренья, где ягоды, где грибы
собирали, картошку мороженную. Образования
у бабы Веры было два класса, она крестик
ставила, когда пенсию приносили.
Однажды в тайге ее
укусила змея, а какой-то сосед ее вылечил.
«И после этого, - рассказывала бабушка,
- ко мне сам собой пришел дар: поняла,
что могу помогать людям. Баба Вера
заговаривала болезни молитвами. К ней
люди отовсюду ехали. Денег она не брала.
Кто большой цыганский платок привезет,
кто – фруктов. Даже доктора приезжали,
им бабушка говорила: «По-научному я вам
не скажу, а помочь – помогу». У Наташи
в детстве не росли волосы, вся голова
была в коростах – а бабушка ее вылечила.
ЗАГРАНИЧНАЯ КОФТОЧКА
Гимнастка Маша Филатова,
когда выросла, везла маме золотую
цепочку, сережки, платья – баба Вера
это всё складывала в комод – и под замок.
А раз Маша приезжает – а баба Вера
заграничную кофточку в огороде положила
на землю и стоит на ней на коленях.
«Ма-ма, что ты делаешь?». – «А что такое?».
– «Мама, это очень дорогая кофточка…».
– «Да? А что в ней дорогого?». Мать даже
после перелома ноги ходила за большим
огородом. Любила очень землю.
- Маша ее из Америки
два раза звала: «Мама, давай мы тебя
заберем», - вспоминает Оля. – Но баба ей
сказала: «Нет, доченька, лучше вы
приезжайте. Здесь у меня муж, здесь у
меня сын, здесь у меня дом. Я никуда не
поеду. Я здесь в России при земле. Пока
в земле копошусь – живу».
ГИБЕЛЬ ОТЦА
- Наш папа Витя, -
рассказывают девочки, - родился еще в
Барнауле, а дядя Гриша с тетей Машей –
уже здесь. Дед Женя вернулся с войны,
они с бабой Верой поженились. Дед работал
на «Кировке» (Кировская шахта. – Прим.
ред.). Они, когда приехали с Алтая в
Ленинск, с двумя маленькими детьми жили
в землянке и своими руками строили этот
дом. Мы уже третье поколение, кто живет
в нем. Тетя Маша родилась прямо в доме.
«Скорая» не успела. Наша Лёля говорит:
«Я прихожу, а она уже пищит».
А потом случилась
трагедия. Дед шел с работы, а сосед
подумал, что он получил заработную
плату, и зарезал его. Виктор с Гришей
идут в школу – и видят, что их отец лежит
на рельсах. Кинулись к нему, подняли
его: «Папа! Папа!». Доволокли до дома. Но
он потерял слишком много крови. И баба
Вера в 30 лет осталась вдовой с тремя
детьми. Одна поднимала троих ребят.
Замуж больше не вышла. Когда устроилась
лаборантом на станцию в Байкоиме –
хлорировать воду, тренеры Маметьевы
забрали Машу к себе: «Пусть она будет
жить и тренироваться у нас!».
РОДОВОЙ ДОМ
Дом построили в 1960-м.
После смерти дяди Гриши его стали
разворовывать…
- Для меня дорог этот
дом, - говорит старшая племянница Оля.
– Редко найдешь семью, которая в третьем
поколении живет в родовом доме. Наши
деды строили его ради своих детей,
внуков. И когда дом начали растаскивать,
мне действительно стало жалко. Не стало
ни окон, ни дверей, ни забора. Увезли
вагонетку, огород зарос бурьяном. Я сюда
зашла – как сейчас помню, был сентябрь
– здесь так страшно и грязно. Помыла
потолок, стены. Застелила кровать. Четыре
года здесь живем с божьей помощью. Этот
дом – единственное место в России, куда
может вернуться Маша.
ЧЕЛОВЕК В БЕДЕ
- Маша мне писала: «Одна
из причин, по которой мне отказывают в
паспорте – никто не может подтвердить
мое родство…». Ей 50 лет – и мама с папой
должны быть живы? – спрашивает Наташа.
– А другие родственники – вроде как и
не родственники? Весь Кузбасс знает,
что она здесь родилась! И с каких пор у
нас награды, завоеванные в СССР, не
действуют в России?!
- Да дело даже не в
заслугах, - считает Оля. – Человек попал
в беду. У Маши очень сильно заболел муж.
Ему делали операции, он долго лежал, она
его выхаживала. А их обманным путем
заставили подписать документы, которые
их полностью обанкротили. И у них не
было денег – они жили на одно пособие,
которое им платили. И она решила вернуться
домой. У них в Америке школа, они в долгах
из-за аренды, они своими руками шьют
маты, потому что купить их нет денег.
Живут там просто на грани нищеты.
Выкарабкиваются. Ну, как можно в такой
ситуации бросить человека и просто не
запускать его в свою страну? Она же не
просит материальной помощи. Она просто
хочет вернуться домой.
- Человек из Казахстана
может приехать и получить гражданство
на льготных условиях, - с обидой говорят
сестры. – А тут сибирячка просит: «Ребята,
помогите, я же ваша, русская!». А в ответ
просто берут и отписываются. Спортсмен
Александр Карелин над этой проблемой
шесть лет бьется! Аман Гумирович
Тулеев, губернатор такой огромной
области, просил лично перед Президентом
– помочь, чтоб она вернулась – и никто
ничего сделать не может! И сейчас – это
уже просто последний крик ее души.
Человек живет и не может вернуться
домой. Не может приехать даже на похороны.
Приходят от нее венки. А приехать,
посидеть – не получается. Она никого
не проводила. 4 января у бабушки была
годовщина смерти, Маша мне написала:
«Очень помню ее, скучаю, люблю. Хочется
сходить на могилку. Хочется просто сесть
со своими родными и поплакать…».
- Она постоянно просит,
- со слезами на глазах делится Наташа,
- «Шлите мне фотографии ваших детей.
Шлите, шлите мне много фотографий». –
Она уже чуть ли не плачет. Так и пишет
мне: «Я не знаю, как я выдержу это всё. У
меня уже нет сил».
РУКИ В МОЗОЛЯХ
Мария в детстве, по признаниям родственников, была егозой
- Тетя Маша тренировалась,
старалась. Спортсменов в семье не было.
Она – единственная. Все, что можно было
завоевать для страны, она завоевала.
Гимнастка Мария Филатова занесена в
Книгу рекордов Гиннеса – по количеству
наград.
- У нее медалей больше
сорока килограмм, - вставил свое слово
в речь жены зять-боксер Володя.
- У Маши руки были в
кровавых мозолях, - добавила Оля. – Ее
Маметьевы с тренировок даже на свадьбу
к родному брату не отпустили. От дома
до автобусной остановки надо было ходить
пешком пятнадцать минут. У нас тут осенью
и весной – грязи по колено, мы только
по линии ходим, вдоль железной дороги
в направлении остановки. А зимой у нас
раньше морозы до 55 градусов доходили.
Из школы она ходила одна, в Сибири очень
рано темнеет. Идешь из школы после второй
смены – темень, хоть глаз коли. И ей
кто-то из мальчишек поджег шубу. И она
пришла и плакала. А потом она, зарабатывая
для СССР медали, постоянно была в
разъездах. Приедет на день-два домой:
«Мама! Мама!». Пообнимались, поцеловались
с бабой Верой – и надо опять уезжать. А
потом Маша в Москве в цирке работала, а
баба Вера, она уже была на пенсии, ей
посылала деньги – чтоб Маша покупала
викторию.
- Что это?
- (С удивлением) Ягода
такая.
- У вас в Москве, -
пояснила Лёля, - она клубникой зовется…
ГОРОД
История, которую мне
рассказала Наташа, когда я уже уходила,
очень напоминает нынешнюю, грустную, с
гражданством гимнастки Марии Филатовой
из страны СССР, которой больше нет:
- Я когда из Архангельска
домой возвращалась, - вспомнила Наташа,
- на железнодорожном вокзале кассиру
говорю: «Мне нужен билет до
Ленинска-Кузнецкого». – «Что это такое?
Где это находится?». - «Это Кемеровская
область». Кассир залезла в компьютер,
смотрит и говорит: «Нет такого города
– Ленинск-Кузнецкий». – «Ну, как нет?
Откуда-то же я приехала?..».
РУССКИЕ БАБЫ
И, напоследок, еще одна
история – как раз к вопросу о национальности…
- У нас папа вроде и на
шахте работал, и зарплату давали – а
время было такое, что купить ничего
нельзя было, - вспоминает Оля. – Маша
приехала: «А, что, у вас стены такие
пустые?». А ей наша мама говорит: «Да вот
хотим кухонный гарнитур купить». – «А
чего не купите?». – «Маш, где я тебе
куплю?». У нас маму тоже Машей звали…
- «Подожди, сейчас
привезут! Уже собранный», - сказала тетя.
– «А кто его на пятый этаж заносить
будет? Витя в шахте». – «Сами занесем!
– ответила тетя. – Что мы – не русские
бабы?!».
Видео
ЭКСКЛЮЗИВ
2.05
3.40
