«На свадьбу Канаевой пойдем в июле»

Алия Мустафина впервые после лондонской Олимпиады вышла вчера в «Олимпийском» на помост. Передышку она себе не позволила. «Начну отдыхать – уже не вернусь в гимнастику!» – сказала она тренерам сборной. И до предела усложнила свои программы.

Поболеть за дочь приехал ее отец, известный борец Фаргат Мустафин. И сестра Нелли. «Мы без мамы, – вздохнул Фаргат. – Она не видела ни одного выступления Алии. Не может смотреть».

– Вы видели лондонский триумф дочери?
– Только в теленарезке. Прямые трансляции не стал смотреть. Хотел, но раздумал: «Ну чем я ей помогу?». Никто – ни дочь, ни тренеры – не ждал, что Аля в Лондоне соберет столько медалей. Федерация запланировала шесть, четыре из них выиграла Алия! А мы вообще не представляли, что там будет в Лондоне. Да и Алия не знала.

У меня была возможность поехать в Лондон. Дочери не говорил. Так решал наедине с собой: «Вот представь, ты же сам выступал на Играх. Представь, что ты вдруг узнаешь, что приехал отец… И что у тебя от этого в душе перевернется… Как это на тебя подействует?». В конце концов пришел к выводу: лучше не надо. Уехал в деревню, где обычно провожу лето. И ждал новостей.

– Как вы узнали, что Алия стала олимпийской чемпионкой? Кто первым сказал об этом?
– От нее и узнал. Она мне эсэмэс прислала: «Ну что, теперь ты доволен?». Я и не помню, что ей на радостях отвечал. Что-то о том, как доволен, конечно.

– Судя по тому, что я слышала от тренеров, Алие безболезненно удалось пройти испытание медными трубами, а это выдерживают не все.
– После Олимпиады на нас обрушилось стихийное бедствие из бесконечных интервью, приглашений на съемки передач. Порой просто абсурдных, начиная с кулинарных и заканчивая программой Малышевой о здоровье. Аля честно старалась откликаться. Но вопросы у журналистов были одними и теми же, она быстро от этого устала. Как и от светских мероприятий. Пустая там жизнь, на светских вечеринках, бестолковая.

Аля ее не приняла и вскоре стала отказываться. Отправляла на интервью меня. А я начал перекладывать общественную нагрузку на нашу маму. Ну бред все это – Аля на кулинарной передаче…

– Могла бы татарское блюдо там приготовить.
– Да, они так и говорили. А какое татарское блюдо она может им приготовить? Она всю жизнь на гособеспечении. Яичницу может – и на этом все! А на другие шоу… Ну зачем они приглашают известного человека? На роль клоуна? Нет, спасибо, это не для нас. Журналистов же, как правило, одно и то же интересует. Личная жизнь. Мы на такие вопросы не отвечаем.

– Тайна за семью замками?
– Вам скажу. Аля дружит с мальчиком, гимнастом. Пашей. Он из Пензы. Ездит к нему, он – к ней. Несколько раз он к нам в гости приходил – приятный молодой человек, серьезный. В их отношения мы с женой не вмешиваемся. Мы ей доверяем.

– За рулем «олимпийской» машины Алия уже освоилась?
– Продали мы эту машину. Аля даже заплакала: «Папа, может, не надо? Это же не простая машина, это подарок за Олимпиаду. Пусть она меня подождет». Я обнял ее: «Доченька, сколько подождет? Два, четыре года? Какой в этом смысл?». Пока Алия остается в гимнастике, за руль ей нельзя. Пока она доедет от «Озера Круглого» до Лобни, столько нервов по нашему трафику на это потратит, что на тренировку вернется выжатой. Мне ли не знать, что такое вождение по Москве и по Подмосковью? Не нужно ей этого сейчас. Кстати, почти никто из гимнастов на «олимпийских» машинах не ездит. Ездят родители… Я Але тоже сказал: «К лету куплю машину попроще, приеду на «Круглое», научу тебя водить».

– Кому досталась машина Мустафиной, вы знаете?
– Я ее отдал в автоцентр на Таганке, у меня там знакомый работает. С нее сразу миллион сбили… Говорят, у нас уже две такие машины стоят, тоже «олимпийские», не продаются. Ну что ж, я согласился. Только Аля попросила табличку свинтить, там была именная плашка «Олимпийская сборная России». Машину купили быстро, а человек, я думаю, и не знает, что это машина Мустафиной.

– Алия по-прежнему дружит с Канаевой?
– В июле идем на свадьбу. Ни с рестораном, ни с точной датой молодожены (двукратная олимпийская чемпионка по художественной гимнастике выходит замуж за хоккеиста Игоря Мусатова. – Прим. ред.) еще не определились. Но отец Жени Олег, с которым мы дружим с незапамятных времен, уже заказал себе костюм… Я не очень охотно хожу на свадьбы, считаю, это больше для молодежи. Но на свадьбу Жени загляну ненадолго. Если я этого не сделаю, Олег на меня обидится.

– Значит, то, что и ваши дочери подружились, – это неслучайное совпадение?
– Девочки познакомились сами, причем я даже толком не знаю, где это произошло (Алия рассказывала в интервью «Советскому спорту» – на показательных выступлениях, осенью 2010 года, после ее победы на чемпионате мира в Роттердаме. – Прим. ред.). С Олегом мы общались в сборной СССР. Он тоже борец.

– Боролись друг с другом?
– Отец Жени намного крупнее меня, мы были в разных весовых категориях.

– Алия как-то готовится к свадьбе Жени?
– Немножко. Приобрела туфли на высоком каблуке. Я посмотрел и сказал: «Надо быть скромнее!». Но Алия и сама не готова ходить на таком каблуке. Прошлась несколько раз – тяжело. И снова переобулась в любимые кроссовки. Наверное, Аля наденет эти туфли всего один раз – на свадьбу Жени Канаевой.