«Шансов отстоять в суде право на поездку в Пхенчхан почти нет». Мнение юриста

– Единственное, что сейчас могут сделать наши атлеты – обратиться в Спортивный арбитражный суд в Лозанне, – отмечает Карпенко. – Но вероятность исхода дела в их пользу зависит от мотивировочной части решения МОК – почему именно конкретным спортсменам отказано в приглашении на Олимпийские игры.

– Как именно будет зависеть?
– Если, скажем, в качестве причины указано, что данный атлет ранее привлекался к ответственности за нарушение антидопинговых правил, то вероятность положительного исхода велика. Можно обратиться к прецеденту с Юлией Ефимовой, которой также отказали в праве выступить на Играх в Рио, но затем CAS это решение отменил. Были и другие похожие случаи. Тут действует общий юридический принцип о недопустимости двойного наказания за один и тот же проступок. Но если МОК будет ссылаться на то, что сборная России официально дисквалифицирована, а приглашения на Игры они высылают, руководствуясь исключительно собственным усмотрением – этих хотим видеть, этих – не хотим, – то сделать что-то будет тяжело. Тут шансов почти нет.

– Разве так можно?
– Спортивное право, увы, к общепринятым законам юриспруденции имеет весьма условное отношение. Мы это уже проходили на примере отстранения наших паралимпийцев от Рио-2016. Для такого решения хватило того, что имена спортсменов попали в списки Макларена – и все. МОК, как общественная организация, живет по своим правилам и спокойно руководствуется принципом свободного усмотрения. Никто ничего с этим сделать не может. И касается это, кстати, не только России. В любой момент в аналогичной ситуации могут оказаться спортсмены из другой страны.

– По неофициальной информации, поводов для отстранения Шипулина, Устюгова, Виктора Ана стало то, что их имена значились в базе данных Московской лаборатории РУСАДА, переданной WADA.
– В этом случае шансов отстоять наших спортсменов почти нет. Это как раз второй случай. Условно говоря, МОК сказал: «Не хотим их приглашать – и точка». CAS тут ничего сделать не сможет.

– Предположим, ситуация будет развиваться по худшему сценарию и наши звезды в Пхенчхан не поедут. Могут они потом обратиться в гражданские суды с исками о компенсации ущерба?
– Теоретически – да. Но вспомните, что было после Рио. Ни одна российская организация – будь то ОКР, Минспорта или отдельная федерация по виду спорта – ни в какой суд не пошла. Не стала подавать иски к Макларену, вызывать в качестве свидетелей Родченкова, Степанову и всех прочих причастных к скандалу личностей. Почему – для меня загадка. Возможно, мы чего-то боимся или что-то скрываем. Ведь подобный процесс – серьезное дело. Обеим сторонам придется раскрыть все карты, и никто не знает, какая правда в итоге всплывет на поверхность. Но это – лишь мои догадки.

– Федерация – это одно. Но ведь любой спортсмен может подать и частный иск – от себя самого.
– Я так думаю – если человек полностью уверен в своей правоте, это одна ситуация. Вот когда есть какие-то сомнения, когда чувство вины за что-то действительно присутствует – тогда никто и не торопится идти в суд. Тут каждый случай индивидуален. Я не берусь прогнозировать, кто из наших атлетов обратится с персональными исками, кто нет. К тому же, не забывайте – судиться в Швейцарии с МОК или в США с WADA – очень дорогое удовольствие. Спортсмены-зимники – не футболисты и не баскетболисты. У них нет свободных миллионов на счетах. А тут речь – о десятках тысяч долларов, в которые обойдутся услуги адвокатов. Так что отстоять свою правоту не просто тяжело – кому-то, возможно, еще и не по карману.

– Предположим, нас ждут аппеляции в CAS. Успеют ли их рассмотреть до 9 февраля, когда стартует Олимпиада?
– Успеют. Это отлаженный процесс, а такие дела рассматриваются в ускоренном режиме. Максимум – в течение двух недель. К тому же, в Пхенчхане, как обычно, будет работать выездная сессия спортивного арбитража, которая в каждодневном режиме разбирает множество таких апелляций (не только с россиянами). В сроки точно уложатся. Вопрос – каков будет результат.