Михаил Бутов: ОКР подталкивает ВФЛА к переменам

– Начнем с самой горячей новости. Всероссийская федерация легкой атлетики (ВФЛА) может быть лишена членства в Олимпийском комитете России (ОКР). Об этом заявил президент ОКР Станислав Поздняков. Какие последствия для федерации это будет иметь?
– ОКР предпринял совершенно правильный шаг. Поскольку руководство федерации не выработало стратегию, ей нужен толчок со стороны. ВФЛА необходимо провести отчетно-выборную конференцию. Я об этом писал в отрытом письме в ВФЛА еще в июле. На мое письмо не отреагировали. В минувшую субботу на президиуме можно было назначить внеочередную конференцию, но сделано этого не было. Это стало для меня последней каплей, поэтому я вышел из президиума.

Теперь о последствиях. Это может грозить не включением легкоатлетов в олимпийскую команду, плюс прекратится финансирование ВФЛА со стороны ОКР. И много еще разных неприятных вещей.

– Вопрос, который волнует всех: получается, что Мария Ласицкене, Сергей Шубенков, Анжелика Сидорова не смогут выступить в Токио под российским флагом, а возможно даже и под нейтральным?
– Очень надеюсь, что эта угроза со стороны ОКР подтолкнет руководство ВФЛА принять решение о созыве внеочередной конференции. Но это не такой быстрый процесс: по уставу созвать конференцию можно не раньше, чем через 60 дней. А за это время выработать стратегию, сформировать пакет неотложных мер, как наказ для тех, кто придет к управлению федерации. Что касается вашего вопроса, не хочется даже гипотетически рассуждать на эту тему. Потому что очень не хочется, чтобы такое произошло. 

– Теперь поговорим о субботнем заседании президиума. Во главе ВФЛА встала вице-президент Юлия Тарасенко. Мария Ласицкене отреагировала на это жестко: «Шляхтина поменяли на Шляхтина. Тарасенко – ставленница Шляхтина и должна незамедлительно уйти вслед за своим сверхпрофессиональным начальником». Согласны с нашей ведущей легкоатлеткой?
– Тарасенко были избрана вице-президентом федерации в 2016 году. Первым вице-президентом был Андрей Сильнов. Но его отстранили. Поэтому на заседании президиума в субботу Тарасенко избрали первым вице-президентом. Согласно устава, она будет исполнять функции президента.

– Возвращаемся к словам Ласицкене, вы с ней согласны?
– Судя по тому, что я подал в отставку и вышел из президиума ВФЛА, можно предполагать, что я согласен с Марией. Я не раз достаточно жестко критиковал президента федерации. И после этого назначения стало ясно, что дело его продолжается. Точнее, отсутствие каких-либо дел, в смысле отсутствие какой-либо четкой стратегии. На самом деле, я хотел это сделать 12 декабря на конференции ВФЛА.

– На конференции можно было громче хлопнуть дверью…
– Такой задачи я не ставил. Просто привык следовать определенным правилам: я с уважением отношусь к людям, особенно в регионах. Многие живут далеко от Москвы, приезжают в столицу раз в год. Мне кажется, что мы должны больше обращаться именно к этим людям. Это справедливо: меня выбирали они, а не президиум.

Мне хотелось выступить на конференции и сказать, почему у нас все так происходит. Но, к сожалению, я не дождался. Обстоятельства вынудили меня уйти в отставку раньше.

– В субботу было внеочередное заседание президиума?
– Да. Не знаю, сколько Дмитрий Анатольевич (Шляхтин. – Прим. ред.) к нему готовился, но я написал, что требую срочно созвать заседание президиума. Это было мое третье подобное требование. Первое касалось «дела ходоков» в мае 2018 года, когда обнаружилось, что дисквалифицированный тренер продолжает ходокам помогать в тренировочном процессе. Я предложил не везти ходоков на Кубок мира. Тогда со мной не согласились, а вскоре IAAF лишила их нейтрального статуса. Вместо того чтобы это решение приняла российская сторона, за нас все решила международная федерация.

– Третий случай?
– В мае нынешнего года я срочно потребовал созвать президиум в связи с «делом Данила Лысенко», когда оно уже всплыло в прессе. Но мне сказали, что никто из членов президиума или работников федерации в этом деле не замешан, виноват только сам спортсмен. В результате, оказалось, что эти заверения не соответствуют действительности.

– Еще раз процитирую Ласицкене: «Операция по ликвидации российской легкой атлетики практически завершена». Жестко?
– Нужно сделать скидку на эмоции Марии. Но проблема в том, что процессы, происходящие в нашей легкой атлетике, приближают к этому. Хотя ликвидировать легкую атлетику трудно, она жила до нас, живет вместе с нами, и будет жить после нас. Это фундаментальный вид человеческой активности, и заниматься им люди будут всегда. Другое дело, что устройство легкой атлетики в России требует кардинальной перезагрузки. Это было понятно еще три года назад, после того, как наших легкоатлетов не пустили на Олимпиаду в Рио. Тогда можно было провести перезагрузку более безболезненно.

– 31 декабря заканчивается действие нейтрального статуса у наших легкоатлетов. Вы крупный чиновник международного легкоатлетического движения. Каков ваш прогноз – продлят статус и насколько быстро?
– Во-первых, давайте поясним: я уже не являюсь международным чиновником. В октябре закончились мои полномочия в качестве члена Совета IAAF. Прошли выборы нового совета. Представителей России в нем теперь нет. По той простой причине, что ВФЛА была под санкциями и не имела права выдвигать кандидата в Совет.

Что касается нейтрального статуса. На прошедшей неделе по итогам Совета IAAF было объявлено, что процедура предоставления спортсменам нейтрального статуса будет ужесточена.

– Ласицкене – звезда мирового уровня. Неужели IAAF ей не предоставит статус нейтрального спортсмена?
– Я задам вам встречный вопрос: почему не предоставили этот статус Елене Исинбаевой в 2016 году и не пустили ее на Олимпиаду в Рио? Звезда мирового уровня, претензий к ней не было. Ситуация похожа на нынешнюю ситуацию с Ласицкене.

Надо предпринять все, чтобы этого не случилось, но для этого нужно всем активно работать. Нужно защищать тех, кто может реально претендовать на участие в Олимпийских играх, и не просто претендовать, а завоевать там медаль.