Ирина Роднина: Ругались с Оксаной Пушкиной из-за Сочи

-- Не буду говорить – менять тренера. Для Юли это первый такой эксперимент. Она прежде не выступала на взрослых чемпионатах как лидер. Разные вещи – быть участником или бороться, когда от тебя ждут результата. И ты сам себя готовишь к нему. Тут другие нервы – нервы более взрослых людей. Тренер у нее, наверное, замечательный  -- смотрю по тому, как катаются ее ребята. Все очень хорошо научены. Но и тренер не выступала никогда в  роли наставника олимпийской чемпионки -- тоже болезненный момент. Нужен опыт -- кроме холодного взгляда, техники твоего катания, твоих технических данных и возможностей хореографических…

-- Не знаю, в каком она состоянии. Я что, держу в руках ее рентгеновский снимок? У меня есть в руках форма ее травмы? Я хирург? Знаю одно: любой спортсмен будет бороться до конца. Аделина -- девушка такая… она это показала. И у нее такой тренер – Лена Водорезова!

-- Это не спад -- естественный процесс. У нас все развивается по волнообразной линии. Есть подъем, есть период вовремя уйти в тень, чтобы потом не получилось как с Липницкой. Более опытные спортсмены и тренеры понимают: ты не можешь каждый год выдавать на-гора результат. Что есть естественные отступления, чтобы потом уйти вперед.

-- Да, мы с ней даже ругались.  Было без толку с ней спорить. Вас же, журналистов, не переубедишь. Я-то регулярно бывала в Сочи и видела, как все меняется к лучшему. А она пользовалась соцсетями. Но когда  она сама побывала на всех этих объектах, мнение ее совершенно поменялось.

-- Критики Сочи, наверное, не знают, что есть такое понятие, как передача и принятие объекта. Это юридический процесс, он требует времени. Принимаются решения, что и для чего будут использоваться.  Это не происходит в одну ночь. Верно? И говорить о том, что все они будут работать все 365 дней в году, -- не совсем правильно.

Но за последние девять месяцев можно точно констатировать, что объекты используются. Я видела, как работает академия спорта на базе хоккейного дворца «Айсберг»,  где и фигуристы, и детские хоккейные команды. Занимаются мальчишки со всей страны. Знаете, что такое выступать или тренироваться на арене, где были Олимпийские игры? Я на себе это испытала. Мы там даже проводили присягу, которую принимали спортсмены-армейцы.

А в гостинице «Азимут», по поводу которой многие иностранные журналисты возникали, сейчас все приведено в порядок.

-- А ничего, что у нас Маша Шарапова, которая первая выносила факел, живет в США? Наверное, этим и сильна страна, что граждане или выходцы из нашей страны живут по всему миру. И привлечение таких фигур как раз объединяющим было.

Кто давно там живет, кто там родился, все равно -- это наши соотечественники. Мы собираем людей по миру. Это же главная задача Олимпийских игр – а не только победы.

-- Да там все почти участники были, начиная с Валерия Гергиева, Левы Лещенко. Я тоже пела. Конечно, мой голос не звучал так, как их голоса. Мне кажется, это было самое лучшее, самое искреннее исполнение гимна, которое я когда-либо слышала. Возникли те самые чувства гордости за страну и патриотизм, которых мы иногда чураемся почему-то.

-- Телетрансляцию мы видели под трибунами. Но я больше обращала внимание на реакцию людей. У меня на трибуне, кроме Оксаны, сидели и мои дети – и Сашка, и Алена. Я видела их реакцию. Тем более Алена приехала из США как человек, который работает в прессе, и была снабжена совершенно другими взглядами, другими ожиданиями. Слава богу, что получилось так, как получилось.

-- Не мы открыли Игры -- наша страна открыла, общими усилиями. Это же не мы вдвоем совершили. Я понимала, что прошло замечательное открытие. И понимала, что мы вышли на ту финишную прямую, где передают эстафету спортсменам. Не могу передать, что это такое для каждого спортсмена. Мне тут позвонил Саша Тихонов: «Роднина, ты помнишь, какой завтра будет день? 43 года назад мы с тобой шли в колонне на открытии Олимпийских игр в Саппоро. Флаг нес Веденин, а мы с двух сторон ассистировали нашему знаменосцу».

Это было непередаваемое ощущение открытия  Игр.

-- Вообще-то такое я говорила в Ванкувере, когда президент Олимпийского комитета сказал, что у нас медального плана нет. Представьте, что Суворов сказал: «Ну, перейдете или не перейдете эти Альпы – какая разница?».  Медальный план есть всегда. Был ли он перевыполнен в Сочи? Конечно! Рассчитывал ли кто-то на общекомандную победу? Мы рассчитывали на определенные результаты. Но получилось там, где стопроцентно ждали наград, --  вдруг недополучили. И наоборот, где не ожидали успехов, победы пошли как снежный ком. Особенно в последние дни. А если брать первые Олимпийские игры, когда выступал СССР, мы тремя видами спорта выигрывали Олимпийские игры: коньки, хоккей и лыжи.

-- Горький – это хоккей. Если бы я не сидела две игры прямо за нашими ребятами… Не могу сказать, что они спускали игру или не старались. Я видела их искреннее расстройство. Думаю, не к ним надо больше предъявлять претензий. И Овечкин, и Ковальчук -- я видела -- просто вынашивались, если можно так сказать. Они выползали и тут же пытались помочь и команде, и болельщикам. У нас было разочарование. Не люблю выражение «спорт есть спорт», но иногда нужно признавать, что есть моменты, когда мы оказываемся не сильнее. И здесь тоже ничего страшного нет. Каждый год и каждый старт приносят своих героев. И конвейер из олимпийских чемпионов устраивать нельзя.

-- Для меня – парное катание. Я же все вижу, все понимаю. Не могу сказать, что знаю ребят-победителей, что  с ними общаюсь. Но это дорого. Приятно именно то, что не одна, а две наши пары  имели такой успех. Совершенно безоговорочный. То, что я всегда любила в парном катании. Не потому что там нет борьбы, а потому что борьба идет с самим собой.

-- Алена была подольше, Саша – чуть поменьше. Для них это тоже открытие: то, чем я занималась. Они увидели, почему их мама – олимпийская чемпионка -- в этом деле так долго была, что меня держало и почему потом работала уже как тренер и часто им недоставало меня…

-- В день открытия. Когда я с факелом в руках…